Сооружение каменного кремля

К периоду самостоятельного существования великого Нижегородского княжества относится начало сооружения каменного кремля взамен деревянного, о котором поэт Навроцкий писал:.

Там, где в Волгу Ока, нашей Руси река, Свои тихие воды вливает И весенней порой быстрой синей волной Далеко берега заливает, Там, татарам на страх, на высоких горах, Нижний Новгород был заложен.

Был церковный собор, княжий терем и двор Деревянной стеной обнесен.

Но из бревен стена не прочна, не страшна, И немало ветшала с годами.

И не раз от огня пострадала она, И не раз разорялась врагами. . .

И притом каждый год прибавлялся народ, Из других городов выселялись.

Да плодились свои, да из русской земли Люди ратные к князю сбирались.

Так что старой стены в дни осадной войны Не хватало для общей защиты.

И не раз от врагов, при пожаре домов Было много народу побито. . .

Рост города, его военного и экономического значения требовал создания мощного укрепления. На смену деревянному детинцу стал подниматься каменный кремль.

«Летописец» под годом 6879 (1371) отмечает: «Того же лета князь Дмитрий Константинович (сын Константина, основателя Нижегородского великого княжества. —А. Е. ) заложил Новград камен». Есть в этой летописи под годом 6882 и другая запись, подтверждающая намерения князя строить весь кремль каменным: «Велел делать каменную стену и зачаты делать Дмитриевские ворота». Но в 1372 — 1374 годах завершено лишь строительство в верхней части города одной башни-цитадели, которая была названа Дмитровской по наименованию церкви Дмитрия Солунского, что стояла перед кремлем. Однако на этом сооружение нового кремля остановилось, и по-прежнему еще более ста лет окружала город деревянная стена с такими же башнями да глубокий ров.

К началу строительства первой каменной цитадели Нижний Новгород был уже крупным и богатым городом, имевшим широкие торговые сношения с Новгородом и Литвой, Арменией, Персией и другими государствами. Много мастеров, занимавшихся различными ремеслами, проживало здесь. В городе су ществовала и школа, где монахи обучали ребят церковно-славянской грамоте. История сохранила нам имя монаха-философа Павла Высокого, жившего в Нижнем Новгороде и умершего в 1383 году.

Кто из обращавшихся к летописным источникам, к древнерусской литературе не запомнил образного, проникновенно звучащего послесловия к одному из широко известных русских летописных сводов:

«Радуется купец, прикуп створив, и кормчий, в отишье пристав, и странник, в отечьство свое пришед; тако же радуется и книжный списатель, дошед конца книгам, тако же и аз, худый, недостойный и многогрешный раб божий, Лаврентий мних». Этими словами заканчивается древнейший летописный свод, известный под именем Лаврентьевского. В основе его лежит одно из самых значительных произведений Руси — начальная русская летопись «Повесть временных лет». Летопись переписывалась для князя Дмитрия по указанию основателя Печерского монастыря нижегородского епископа Дионисия, человека высокой образованности, монахом одного из нижегородских монастырей — Печерского или Благовещенского — Лаврентием, окончившим ее к 1377 году.

С периодом самостоятельного Нижегородского княжества связано успешное (нужны были люди) заселение края и возникновение таких «пригородных» сел, как Высоково, Бор, Ельня и др.

Но перевернем эту страницу, что мы начали в кремле, и отправимся дальше.