Улица Костина

На площадь М.

Горького выходит также улица Костина (б. Готмановская). В самом начале ее, под номером 3 стоял некогда дом купчихи Салабановой, в котором была иконописная мастерская.

Осенью 1882 года четырнадцатилетний Алеша Пешков поступает учеником в мастерскую. «Иконописная мастерская помещалась в двух комнатах большого полукаменного дома. . . Обе комнаты тесно заставлены столами, за каждым столом сидит, согнувшись, иконописец, за иным — по двое.

С потолка спускаются на бечевках стеклянные шары; налитые водой, они собирают свет лампы, отбрасывая его на квадратную доску иконы белым, холодным лучом.

В мастерской жарко и душно: работает около двадцати человек «богомазов» из Палеха, Холуя, Мстеры. . . » Так описывается салабановская мастерская в повести «В людях».

Обучение мастерству началось с того, что хозяйка объявила подростку: «Дни теперь коротенькие, вечера длинные, так ты с утра будешь в лавку ходить, мальчиком при лавке постоишь, а вечерами — учись! » И каждый день в холодном сумраке зимнего рассвета вместе с приказчиком ходил Алеша через Базарную площадь, потом Ильинкой, а, возможно, Покровской улицей и Ивановским съездом в Кремле на Нижний базар, где в Гостином дворе была лавка Салабановой. В ней торговали иконами, церковной утварью, книгами. Вечерами, возвращаясь из лавки в мастерскую, Алеша растирал краски, присматривался к ремеслу иконописца. И не раз в долгие зимние вечера он, грамотный подросток, увлеченно рассказывал мастерам всякие забавные или печальные истории из прочитанных книг или о своей службе на пароходе.

Ремесло «богомазов», однако, не увлекло Алешу. «Сначала я «присматривался» с большим интересом, —писал А. М. Горький, — но скоро понял, что почти все, занятые этим раздробленным на куски мастерством, не любят его и страдают мучительной скукой». После нескольких месяцев жизни в мастерской А. Пешков весной 1883 года уходит от Салабановой.

В настроении «тревожной неудовлетворенности», не зная, что делать, пятнадцатилетний подросток встречает бывшего хозяина Василия Сергеева, который предложил ему поработать у него на подряде десятником.

Я рассказывал, что ярмарка бурно жила всего два летних месяца — июль — август, а затем превращалась в мертвый город, по веснам до крыш заливаемый водой двух рек. Когда спадала вода, начинался ремонт лавок, попорченных половодьем. В Сергеев брал подряды на ремонт. У него в 1883 и 1884 годах и работал Алексей Пешков, наблюдая за артелью плотников, каменщиков, кровельщиков. Страницы повести Горького «В людях» и рассказ «Ледоход» напомнят вам об этом периоде жизни писателя. В августе 1884 года, страстно мечтая учиться и наивно надеясь попасть в Казанский университет, шестнадцатилетний Пешков покидает родной город, покидает впервые на несколько лет. Его провожала, напутствуя, любимая бабушка: «Ты — не сердись на людей, ты сердишься все. . . Это — от деда у тебя. . . Прощай. . . Уж не увидимся больше, заедешь ты, непоседа, далеко, а я — помру. . . » И действительно, в последний раз видела Акулина Ивановна внука, и он с болью душевной почувствовал при расставании, что никогда не встретит человека, так сердечно близкого ему. Он будет работать в булочной в Казани, когда в 1887 году по лучит из Нижнего известие о смерти А. И. Кашириной. «Я—не плакал, только — помню — точно ледяным ветром охватило меня», — напишет он много-много лет спустя в повести «Мои университеты». В тяжкой нищете умерла Акулина Ивановна. Но живет ее образ, проникновенно написанный Горьким, и хранит память о ней стела в парке имени И. П. Кулибина на месте ее могилы. . .

Казань—начало новой главы в биографии великого писателя. Он назовет ее «мои университеты», потому, что казанские годы жизни, а затем работа в Красновидове на Волге, на Каспии, на железнодорожной станции Крутая и в других местах станут для будущего писателя большой и серьезной школой глубокого познания российской капиталистической действительности, первой школой политического воспитания. Пройдет пять лет жизни Алексея Максимовича вне Нижнего, и весной 1889 года вернется он снова в родной город, но вернется человеком, много видевшим, много познавшим.